Salva Storie Instagram

Друзья, мы хотим оставаться с вами на связи! Если в ближайшее время Facebook и Instagram перестанут работать, пожалуйста, подпишитесь на нас в Telegram, VK и Яндекс.Дзен:

https://t.me/nlobooks

https://vk.com/nlobooks

https://zen.yandex.ru/id/6223a4b38cdac951547fcef1

Наш сайт: https://www.nlobooks.ru/

Подписывайтесь на email-рассылку «НЛО». Для этого достаточно перейти в нижнюю часть сайта, нажать «подписаться на рассылку» и ввести адрес вашей электронной почты.

Переживем трудные времена вместе!

Если нужно сообщить читателю, что речь в книге пойдет о самой жгучей современности, достаточно использовать в заглавии слово «кроссовки», – сказала как-то в интервью Екатерина Кулиничева. Шутка, конечно, но очень меткая: именно в последние 5-10 лет кроссовки окончательно утвердились в роли повседневной обуви и сейчас уже вполне могут считаться вестиментарным символом начала XXI века.

Тем интереснее изучить их историю и оценить масштаб превращения из специального спортивного аксессуара второй половины XIX века в универсальный предмет гардероба наших дней. В книге «Культурная биография спортивной обуви» Екатерины Кулиничевой кроссовки оказываются героями не только истории спорта и моды, но также истории повседневности, медицины и телесности, технических изобретений и промышленности, кино, музыки и субкультур.

Обложка, как всегда, – в карусели, а саму книгу можно купить на нашем сайте по ссылке в шапке профиля.

Если нужно сообщить читателю, что речь в книге пойдет о самой жгучей современности, достаточно использовать в заглавии слово «кроссовки», – сказала как-то в интервью Екатерина Кулиничева. Шутка, конечно, но очень меткая: именно в последние 5-10 лет кроссовки окончательно утвердились в роли повседневной обуви и сейчас уже вполне могут считаться вестиментарным символом начала XXI века.

Тем интереснее изучить их историю и оценить масштаб превращения из специального спортивного аксессуара второй половины XIX века в универсальный предмет гардероба наших дней. В книге «Культурная биография спортивной обуви» Екатерины Кулиничевой кроссовки оказываются героями не только истории спорта и моды, но также истории повседневности, медицины и телесности, технических изобретений и промышленности, кино, музыки и субкультур.

Обложка, как всегда, – в карусели, а саму книгу можно купить на нашем сайте по ссылке в шапке профиля.

Сегодня празднует семьдесят пятый день рождения Лев Семенович Рубинштейн @levrubinstein – поэт, писатель, один из основоположников московского концептуализма и, к нашей большой гордости, постоянный автор «НЛО»! Мы тоже празднуем и желаем Вам, дорогой Лев Семенович, крепкого здоровья, неиссякаемой творческой энергии и новых книг!

Сегодня и всегда с удовольствием перечитываем «Целый год. Мой календарь» и «Кладбище с вайфаем».

Фото: Наталья Сенаторова.

Сегодня празднует семьдесят пятый день рождения Лев Семенович Рубинштейн @levrubinstein – поэт, писатель, один из основоположников московского концептуализма и, к нашей большой гордости, постоянный автор «НЛО»! Мы тоже празднуем и желаем Вам, дорогой Лев Семенович, крепкого здоровья, неиссякаемой творческой энергии и новых книг!

Сегодня и всегда с удовольствием перечитываем «Целый год. Мой календарь» и «Кладбище с вайфаем».

Фото: Наталья Сенаторова.

Сегодня празднует семьдесят пятый день рождения Лев Семенович Рубинштейн @levrubinstein – поэт, писатель, один из основоположников московского концептуализма и, к нашей большой гордости, постоянный автор «НЛО»! Мы тоже празднуем и желаем Вам, дорогой Лев Семенович, крепкого здоровья, неиссякаемой творческой энергии и новых книг!

Сегодня и всегда с удовольствием перечитываем «Целый год. Мой календарь» и «Кладбище с вайфаем».

Фото: Наталья Сенаторова.

Сегодня празднует семьдесят пятый день рождения Лев Семенович Рубинштейн @levrubinstein – поэт, писатель, один из основоположников московского концептуализма и, к нашей большой гордости, постоянный автор «НЛО»! Мы тоже празднуем и желаем Вам, дорогой Лев Семенович, крепкого здоровья, неиссякаемой творческой энергии и новых книг!

Сегодня и всегда с удовольствием перечитываем «Целый год. Мой календарь» и «Кладбище с вайфаем».

Фото: Наталья Сенаторова.

Продолжаем фантазировать о перемещении в пространстве. Сегодня #НЛОпутешествует по Афинам.

Продолжаем фантазировать о перемещении в пространстве. Сегодня #НЛОпутешествует по Афинам.

Продолжаем фантазировать о перемещении в пространстве. Сегодня #НЛОпутешествует по Афинам.

Продолжаем фантазировать о перемещении в пространстве. Сегодня #НЛОпутешествует по Афинам.

Продолжаем фантазировать о перемещении в пространстве. Сегодня #НЛОпутешествует по Афинам.

Продолжаем фантазировать о перемещении в пространстве. Сегодня #НЛОпутешествует по Афинам.

Продолжаем фантазировать о перемещении в пространстве. Сегодня #НЛОпутешествует по Афинам.

к тридцатилетию, наконец, закупили ВСЁ необходимое для ведения книжного блога. или не всё?🤔

#нло30лет

«… люди слышали по BBC будто (за что купил, продаю) выдвинули меня, но зная нравы, запросили согласия представительства, ходатайствовавшего, чтобы меня заменили кандидатурой Шолохова, по отклонении которого комиссия выдвинула Хемингуэя, которому, вероятно, премию и присудят. Хотя некоторые говорят, будто спор еще не кончен. Но ведь всё это болтовня, хотя и получившая большое распространение.

Но мне радостно было и в предположении попасть в разряд, в котором побывали Гамсун и Бунин и, хотя бы по недоразумению, оказаться рядом с Хемингуэем.

Я горжусь одним: ни на минуту не изменило это течения часов моей простой, безымянной, никому не ведомой трудовой жизни».

Сегодня – 132 года со дня рождения Бориса Пастернака.

В этом его письме Ольге Фрейденберг читаются и сомнения, и отчаяние, и радость, и гордость – мироощущение поэта, чей голос пытались заглушить на протяжении почти всей его жизни. Без малейших сомнений и к огромному счастью – эти попытки оказались тщетными.

В карусели рассказываем о трех книгах, важных для понимания поэзии и прозы Пастернака и времени, в котором ему довелось жить.

Иллюстрация к посту – кадр из фильма «Доктор Живаго» Дэвида Лина, 1965.

«… люди слышали по BBC будто (за что купил, продаю) выдвинули меня, но зная нравы, запросили согласия представительства, ходатайствовавшего, чтобы меня заменили кандидатурой Шолохова, по отклонении которого комиссия выдвинула Хемингуэя, которому, вероятно, премию и присудят. Хотя некоторые говорят, будто спор еще не кончен. Но ведь всё это болтовня, хотя и получившая большое распространение.

Но мне радостно было и в предположении попасть в разряд, в котором побывали Гамсун и Бунин и, хотя бы по недоразумению, оказаться рядом с Хемингуэем.

Я горжусь одним: ни на минуту не изменило это течения часов моей простой, безымянной, никому не ведомой трудовой жизни».

Сегодня – 132 года со дня рождения Бориса Пастернака.

В этом его письме Ольге Фрейденберг читаются и сомнения, и отчаяние, и радость, и гордость – мироощущение поэта, чей голос пытались заглушить на протяжении почти всей его жизни. Без малейших сомнений и к огромному счастью – эти попытки оказались тщетными.

В карусели рассказываем о трех книгах, важных для понимания поэзии и прозы Пастернака и времени, в котором ему довелось жить.

Иллюстрация к посту – кадр из фильма «Доктор Живаго» Дэвида Лина, 1965.

«… люди слышали по BBC будто (за что купил, продаю) выдвинули меня, но зная нравы, запросили согласия представительства, ходатайствовавшего, чтобы меня заменили кандидатурой Шолохова, по отклонении которого комиссия выдвинула Хемингуэя, которому, вероятно, премию и присудят. Хотя некоторые говорят, будто спор еще не кончен. Но ведь всё это болтовня, хотя и получившая большое распространение.

Но мне радостно было и в предположении попасть в разряд, в котором побывали Гамсун и Бунин и, хотя бы по недоразумению, оказаться рядом с Хемингуэем.

Я горжусь одним: ни на минуту не изменило это течения часов моей простой, безымянной, никому не ведомой трудовой жизни».

Сегодня – 132 года со дня рождения Бориса Пастернака.

В этом его письме Ольге Фрейденберг читаются и сомнения, и отчаяние, и радость, и гордость – мироощущение поэта, чей голос пытались заглушить на протяжении почти всей его жизни. Без малейших сомнений и к огромному счастью – эти попытки оказались тщетными.

В карусели рассказываем о трех книгах, важных для понимания поэзии и прозы Пастернака и времени, в котором ему довелось жить.

Иллюстрация к посту – кадр из фильма «Доктор Живаго» Дэвида Лина, 1965.

«… люди слышали по BBC будто (за что купил, продаю) выдвинули меня, но зная нравы, запросили согласия представительства, ходатайствовавшего, чтобы меня заменили кандидатурой Шолохова, по отклонении которого комиссия выдвинула Хемингуэя, которому, вероятно, премию и присудят. Хотя некоторые говорят, будто спор еще не кончен. Но ведь всё это болтовня, хотя и получившая большое распространение.

Но мне радостно было и в предположении попасть в разряд, в котором побывали Гамсун и Бунин и, хотя бы по недоразумению, оказаться рядом с Хемингуэем.

Я горжусь одним: ни на минуту не изменило это течения часов моей простой, безымянной, никому не ведомой трудовой жизни».

Сегодня – 132 года со дня рождения Бориса Пастернака.

В этом его письме Ольге Фрейденберг читаются и сомнения, и отчаяние, и радость, и гордость – мироощущение поэта, чей голос пытались заглушить на протяжении почти всей его жизни. Без малейших сомнений и к огромному счастью – эти попытки оказались тщетными.

В карусели рассказываем о трех книгах, важных для понимания поэзии и прозы Пастернака и времени, в котором ему довелось жить.

Иллюстрация к посту – кадр из фильма «Доктор Живаго» Дэвида Лина, 1965.

«… люди слышали по BBC будто (за что купил, продаю) выдвинули меня, но зная нравы, запросили согласия представительства, ходатайствовавшего, чтобы меня заменили кандидатурой Шолохова, по отклонении которого комиссия выдвинула Хемингуэя, которому, вероятно, премию и присудят. Хотя некоторые говорят, будто спор еще не кончен. Но ведь всё это болтовня, хотя и получившая большое распространение.

Но мне радостно было и в предположении попасть в разряд, в котором побывали Гамсун и Бунин и, хотя бы по недоразумению, оказаться рядом с Хемингуэем.

Я горжусь одним: ни на минуту не изменило это течения часов моей простой, безымянной, никому не ведомой трудовой жизни».

Сегодня – 132 года со дня рождения Бориса Пастернака.

В этом его письме Ольге Фрейденберг читаются и сомнения, и отчаяние, и радость, и гордость – мироощущение поэта, чей голос пытались заглушить на протяжении почти всей его жизни. Без малейших сомнений и к огромному счастью – эти попытки оказались тщетными.

В карусели рассказываем о трех книгах, важных для понимания поэзии и прозы Пастернака и времени, в котором ему довелось жить.

Иллюстрация к посту – кадр из фильма «Доктор Живаго» Дэвида Лина, 1965.

«… люди слышали по BBC будто (за что купил, продаю) выдвинули меня, но зная нравы, запросили согласия представительства, ходатайствовавшего, чтобы меня заменили кандидатурой Шолохова, по отклонении которого комиссия выдвинула Хемингуэя, которому, вероятно, премию и присудят. Хотя некоторые говорят, будто спор еще не кончен. Но ведь всё это болтовня, хотя и получившая большое распространение.

Но мне радостно было и в предположении попасть в разряд, в котором побывали Гамсун и Бунин и, хотя бы по недоразумению, оказаться рядом с Хемингуэем.

Я горжусь одним: ни на минуту не изменило это течения часов моей простой, безымянной, никому не ведомой трудовой жизни».

Сегодня – 132 года со дня рождения Бориса Пастернака.

В этом его письме Ольге Фрейденберг читаются и сомнения, и отчаяние, и радость, и гордость – мироощущение поэта, чей голос пытались заглушить на протяжении почти всей его жизни. Без малейших сомнений и к огромному счастью – эти попытки оказались тщетными.

В карусели рассказываем о трех книгах, важных для понимания поэзии и прозы Пастернака и времени, в котором ему довелось жить.

Иллюстрация к посту – кадр из фильма «Доктор Живаго» Дэвида Лина, 1965.

«… люди слышали по BBC будто (за что купил, продаю) выдвинули меня, но зная нравы, запросили согласия представительства, ходатайствовавшего, чтобы меня заменили кандидатурой Шолохова, по отклонении которого комиссия выдвинула Хемингуэя, которому, вероятно, премию и присудят. Хотя некоторые говорят, будто спор еще не кончен. Но ведь всё это болтовня, хотя и получившая большое распространение.

Но мне радостно было и в предположении попасть в разряд, в котором побывали Гамсун и Бунин и, хотя бы по недоразумению, оказаться рядом с Хемингуэем.

Я горжусь одним: ни на минуту не изменило это течения часов моей простой, безымянной, никому не ведомой трудовой жизни».

Сегодня – 132 года со дня рождения Бориса Пастернака.

В этом его письме Ольге Фрейденберг читаются и сомнения, и отчаяние, и радость, и гордость – мироощущение поэта, чей голос пытались заглушить на протяжении почти всей его жизни. Без малейших сомнений и к огромному счастью – эти попытки оказались тщетными.

В карусели рассказываем о трех книгах, важных для понимания поэзии и прозы Пастернака и времени, в котором ему довелось жить.

Иллюстрация к посту – кадр из фильма «Доктор Живаго» Дэвида Лина, 1965.

Дневники, разошедшиеся на мемы; офицерская служба и Ясная Поляна; арзамасский ужас и побеги из дома; мне отмщение, и Аз воздам. Все это – о нем и из него.

Андрей Зорин в книге «Жизнь Льва Толстого» не стал разбивать узор этого биографического калейдоскопа на разделы «литературы», «религиозных исканий», «крестьянского труда» и так далее, и так далее. В его исследовании Толстой-художник и Толстой-мыслитель не спорят друг с другом, а литературные занятия, дневниковые записи и повседневные заботы Льва Николаевича складываются в сложную, но цельную картину.

Книга, несмотря на серьезную тему, читается очень легко. Думаем, это сочетание глубины содержания и изящества формы и сделало «Жизнь Льва Толстого» настоящим книжным хитом 2020 года. Мы очень рады видеть ее в разных рекомендательных списках, среди которых – и «100 главных русских книг XXI века» @polka.academy.

Дневники, разошедшиеся на мемы; офицерская служба и Ясная Поляна; арзамасский ужас и побеги из дома; мне отмщение, и Аз воздам. Все это – о нем и из него.

Андрей Зорин в книге «Жизнь Льва Толстого» не стал разбивать узор этого биографического калейдоскопа на разделы «литературы», «религиозных исканий», «крестьянского труда» и так далее, и так далее. В его исследовании Толстой-художник и Толстой-мыслитель не спорят друг с другом, а литературные занятия, дневниковые записи и повседневные заботы Льва Николаевича складываются в сложную, но цельную картину.

Книга, несмотря на серьезную тему, читается очень легко. Думаем, это сочетание глубины содержания и изящества формы и сделало «Жизнь Льва Толстого» настоящим книжным хитом 2020 года. Мы очень рады видеть ее в разных рекомендательных списках, среди которых – и «100 главных русских книг XXI века» @polka.academy.

Прямо на этой фотографии Оксана Васякина получает премию «НОС»-2021! Ура и огромная гордость!

Прямо на этой фотографии Оксана Васякина получает премию «НОС»-2021! Ура и огромная гордость!

1930 год. В СССР начинается индустриализация, а при Мосторге открывается, на первый взгляд, не особенно значительная контора – объединение по торговле с иностранцами, сокращенно – Торгсин. Сначала магазины Торгсина действительно работают только с иностранными туристами: за валюту здесь можно купить сувениры, антиквариат и деликатесы. Но очень скоро двери этих магазинов открываются для всех.

В голодные годы первых пятилеток советские граждане покупали в торгсинах уже не меха и икру, а хлеб, муку и сахар – причем по многократно завышенным ценам. Чтобы добыть самые необходимые продукты, люди несли в магазины ювелирные украшения, произведения искусства и царские золотые монеты.

За счет этих личных сбережений происходило экономическое развитие страны: документы, с изучения которых началась книга Елены Осокиной «Золото для индустриализации», свидетельствуют о том, что Торгсин в первой половине тридцатых был одним из главных источников финансирования советской промышленности.

В книге подробно описана история Торгсина. По ходу повествования она обрастает захватывающими частными сюжетами. Среди них – биографии председателей организации, дилемма белого эмигранта, который, помогая родственникам, оставшимся вСССР, укреплял ненавистный ему советский строй; истории золота, серебра, бриллиантов; рассказы о том, что люди покупали в Торгсине, сколько стоил «Форд» и как сотрудничали и соперничали Торгсин и НКВД.

1930 год. В СССР начинается индустриализация, а при Мосторге открывается, на первый взгляд, не особенно значительная контора – объединение по торговле с иностранцами, сокращенно – Торгсин. Сначала магазины Торгсина действительно работают только с иностранными туристами: за валюту здесь можно купить сувениры, антиквариат и деликатесы. Но очень скоро двери этих магазинов открываются для всех.

В голодные годы первых пятилеток советские граждане покупали в торгсинах уже не меха и икру, а хлеб, муку и сахар – причем по многократно завышенным ценам. Чтобы добыть самые необходимые продукты, люди несли в магазины ювелирные украшения, произведения искусства и царские золотые монеты.

За счет этих личных сбережений происходило экономическое развитие страны: документы, с изучения которых началась книга Елены Осокиной «Золото для индустриализации», свидетельствуют о том, что Торгсин в первой половине тридцатых был одним из главных источников финансирования советской промышленности.

В книге подробно описана история Торгсина. По ходу повествования она обрастает захватывающими частными сюжетами. Среди них – биографии председателей организации, дилемма белого эмигранта, который, помогая родственникам, оставшимся вСССР, укреплял ненавистный ему советский строй; истории золота, серебра, бриллиантов; рассказы о том, что люди покупали в Торгсине, сколько стоил «Форд» и как сотрудничали и соперничали Торгсин и НКВД.

#цитатаНЛО

Под ногами поет снег, восторженно и нежно, вознося прохожих на небольшую, но все же высоту. Снег — это овеществленная поэзия, он примиряет нас с тем, что мир — иллюзия, созданная нашим воображением. Вот сейчас все предметы белы, припорошенные легким, слегка влажным снегом, их как бы нет, они все исчезли, но мы узнаем их абрис, как поэтическую сущность. Так поэзия сама спускается к нам с неба, кружась снежинками, хлопьями, снежной крупой.

Снег — слово, содержащее сон, негу, ген. Уснуть в снегу, в сугробе, как в огромной снежной матке, и умереть, это очень русская смерть, испытать негу небытия, хотя бы на краткий миг. Снежный ген — один из редких северных генов, он останется в наших ледяных останках, когда их найдут по весне среди внезапно вспыхнувших подснежников.

Из книги Леонида Тишкова «Взгляни на дом свой», иллюстрация автора.

#цитатаНЛО

Под ногами поет снег, восторженно и нежно, вознося прохожих на небольшую, но все же высоту. Снег — это овеществленная поэзия, он примиряет нас с тем, что мир — иллюзия, созданная нашим воображением. Вот сейчас все предметы белы, припорошенные легким, слегка влажным снегом, их как бы нет, они все исчезли, но мы узнаем их абрис, как поэтическую сущность. Так поэзия сама спускается к нам с неба, кружась снежинками, хлопьями, снежной крупой.

Снег — слово, содержащее сон, негу, ген. Уснуть в снегу, в сугробе, как в огромной снежной матке, и умереть, это очень русская смерть, испытать негу небытия, хотя бы на краткий миг. Снежный ген — один из редких северных генов, он останется в наших ледяных останках, когда их найдут по весне среди внезапно вспыхнувших подснежников.

Из книги Леонида Тишкова «Взгляни на дом свой», иллюстрация автора.

В первой половине XVIII века в России начинается институционализация образовательной системы.

Чтение книги Игоря Федюкина «Прожектеры» (обложка – в карусели) помогает увидеть за этим мощным процессом действия вполне конкретных людей. Навигацкая школа, Морская академия, Первый кадетский корпус, Московский университет появились благодаря усилиям амбициозных администраторов, стремившихся реализовать свои идеи. А в этих новых институтах – сформировалось студенческое сообщество, которое сегодня отмечает свой праздник.

Присоединяемся к поздравлениям, дорогие студенты! Мы знаем, что вас много среди наших читателей, и желаемувлекательного интеллектуального чтения и радости познания. Надеемся и верим, что вам удастся воплотить в жизнь ваши самые смелые и амбициозные замыслы. Ура!

В первой половине XVIII века в России начинается институционализация образовательной системы.

Чтение книги Игоря Федюкина «Прожектеры» (обложка – в карусели) помогает увидеть за этим мощным процессом действия вполне конкретных людей. Навигацкая школа, Морская академия, Первый кадетский корпус, Московский университет появились благодаря усилиям амбициозных администраторов, стремившихся реализовать свои идеи. А в этих новых институтах – сформировалось студенческое сообщество, которое сегодня отмечает свой праздник.

Присоединяемся к поздравлениям, дорогие студенты! Мы знаем, что вас много среди наших читателей, и желаемувлекательного интеллектуального чтения и радости познания. Надеемся и верим, что вам удастся воплотить в жизнь ваши самые смелые и амбициозные замыслы. Ура!

Все началось ровно 30 лет назад!

24 января 1992 года наш главный редактор Ирина Дмитриевна Прохорова зарегистрировала ТОО «Новое литературное обозрение». Вскоре был издан первый номер одноименного журнала. Он задавал высокую планку будущей работе всей редакции: в номер вошел ранее не публиковавшийся рассказ Лескова, статьи Лотмана, Тарановского, Козлова.

С тех пор мы создали ещё 2 журнала и придумали более 30 книжных серий, в которых публикуются важнейшие гуманитарные исследования, издаются проза и поэзия – не просто современные, но и новаторские.

Архив журнала «Новое литературное обозрение» вырос на 171 номер. Статьи и книги «НЛО» провоцируют оживленные дискуссии и становятся отправной точкой новых исследований.

Мы верим, что эта возможность помогать интеллектуальному сообществу в создании новых смыслов – самое ценное в нашей работе.

У нас большие планы – на этот год и вообще. И мы невероятно благодарны, что вы с интересом следите за их реализацией ❤️

Ждем всех в сторис – сегодня там будет много видео с первым номером журнала и других архивных редкостей.

#НЛО30лет